Камилла Паркер-Боулз больше других членов королевской семьи пострадала от нападок принца Гарри. Сын Карла III в своих мемуарах вылил на мачеху ушат помоев. Но когда герцог и герцогиня Сассекские решили вернуться в Британию, королева поступила очень неожиданно.
Камилла выступила в роли миротворца. Как пишет RadarOnline, Паркер-Боулз призвала Карла III сосредоточиться на восстановлении отношений с Гарри и внуками. Королева присутствовала на недавней встрече Сассекских с монархом в Хайгроуве.
"У Камиллы были бы все основания держаться на расстоянии после всего, что о ней было написано и сказано, однако она решила не делать эту ситуацию историей о себе. В книге Гарри были чрезвычайно личные и, несомненно, болезненные для неё вещи, но её главным приоритетом остаётся Карл и то, что принесёт ему счастье и стабильность. Она понимает: что бы между ними ни произошло, Гарри — его сын, и эта связь по-прежнему имеет для Карла огромное значение", — рассказал источник в королевских кругах.
По словам инсайдера, состояние здоровья Карла III неизбежно заставило членов семьи по-другому взглянуть на некоторые давние разногласия.
"Камилла не считает, что кому-либо пойдёт на пользу, если пройдут годы, а отношения так и останутся полностью замороженными. Она призывала Карла оставить дверь открытой и посмотреть, удастся ли постепенно восстановить более здоровые отношения, особенно теперь, когда Гарри и Меган собираются проводить значительное количество времени в Великобритании", — пояснил один из работников дворца.
При этом, как пояснил источник, Камилла вовсе не призывает к какой-то грандиозной встрече, на которой все внезапно простят друг другу всё случившееся.
"Она понимает, что доверие разрушалось на протяжении нескольких лет и его невозможно восстановить за одну ночь. Её влияние было гораздо более спокойным и реалистичным: сохранять каналы общения открытыми, не создавать ненужной конфронтации и позволить событиям развиваться естественным образом", — отметил инсайдер.
Паркер-Боулз, безусловно, не забыла критику Гарри в свой адрес, и никто не ожидал бы от неё этого. Но она не требует извинений и не ставит собственные чувства условием для встреч Карла III с сыном.